Азовское. Известное коварым нравом и короткой крутой волной. Вышли на утро после Лениного др втроём с Дарьей Андревной. Под мотором докеросинили до Ейска. Нашли очаровательный найс плейс, где и заночевали в компании. Компания задалась. Разгулявшаяся Дарья напроказничала по безопасности, уплыв на динги без весел и там заглохнув, на что мне в ночи пришлось везти ей весла на сапе (надувная доска). Не близко.
На утро провинившаяся была поставлена на первую вахту, мы же с Леной переглянулись, вздохнул и принялись найтовать. В смысле ныкать и привязывать, патамушта море, сынку, море… А мы с ней отлично знаем, что происходит с незамурованными наглухо шкафами — их тошнит содержимым на всю лодку. Лене вернулась кошачая ловкость, как будто и не было шести лет на суше. Я моментально вспомнил как саднят стертые верёвками ладони.
Под вечер вяленкий норд довернул на восток и усилился. К закату мы, обойдя запретный район номер 56 , обогнули оконечность должанской косы и легли на мерные 80 миль до заходного буя на керченский фарватер.
Ночью раздуло от северо-северо востока и мы, с нашим курсом 210 получили факингассвинд. Ну почти. Шли под стакселем, гротом и бизанью, и к полудню прошли участок. Типа 16 часов 80 миль получаем… Пять с копейками. Это средняя. Под утро Эпсилон шёл семь узлов, и это, доложу я вам, аттракцион тот ещё. На короткой волне, почти фордевинд ловить тридцать тонн руками на штурвал… Но длинный киль — великая вещь. Ладони саднят конечно, но мозолей нет, руля слушается норм, но раскачивает на попутняке, конечно, как без этого. Как так стиралка раскопячилась, вообще не понимаю. Я сначала в предутренних глюках испугался что она мне борт пробила, потом вспомнил что лодка железная. Но йокунуло, да.
Понравилось? Поделитесь!